Парк имени 9-го Января

За Кировской площадью начинается Сад Памяти жертв расстрела 1905 г., чаще называемый Парком имени 9-го Января. Это один из первых памятников советского паркостроения. Ведь ленинградские рабочие должны были не только хорошо питаться, мыться и лечиться, но и просто общаться с природой, хотя бы и в таком городском варианте.
Ядро парка составляет сад дворянской усадьбы, пережившей время распада Петергофской дороги. В 1762 г. дача, располагавшаяся по 100 м в обе стороны от ныне существующего пруда, была пожалована герольдмейстеру Д.П. Лобкову. В 1790-х гг. ею владел генерал Бек, затем, в 1810-1820-х годах - купец Дебиль. На плане этих лет изображена парадная усадьба с английским садом и пейзажным прудом - предшественником ныне существующего.
Затем до 1850-х гг. дача принадлежала обер-секретарю Сената Галлеру, который построил на территории современного сада где-то за сохранившимся прудом новый господский дом. Жил в нем постоянно, а его наследники устраивали здесь великолепные праздники с балетом и выступлениями итальянских певцов. Эта традиция продолжалась довольно долго: в доме впоследствии разместился ресторан «Ташкент», где до 1880-х гг. пели цыгане, устраивались музыкальные вечера и гулянья в саду.
В 1892 г. здание «Ташкента» арендовал отдел Общества трезвости при Путиловском заводе для просветительской работы: была сооружена сцена, устраивались танцы, существовала даже идея организации оперной труппы.
В начале ХХ века в одном из домов бывшей усадьбы действовало отделение «Общества русских фабрично-заводских рабочих» священника Георгия Гапона, где наряду с политической работой по-прежнему проходили танцевальные вечера и чаепития. Это как раз те попытки организации пролетарского досуга, которые предпринимались и до революции.
Как мы знаем, Гапон сыграл одну из главных ролей в трагедии Кровавого воскресения 9 января 1905 года. Поводом для начала выступления стало на первый взгляд незначительное событие – увольнение всего лишь четырёх рабочих Путиловского завода, на котором трудилось много членов гапоновского «Общества».
Однако атмосфера того времени была настолько накалена, что этого оказалось достаточно. 3 января 1905 г. забастовал Путиловский завод. 4 января к ним присоединились рабочие франко-русского судостроительного завода и Семянниковского завода, забастовали типографии. Возникла идея о мирном шествии к царю с петицией о народных нуждах.
Советская история считала Гапона обычным провокатором. Однако в этом действе сыграла роль его гипертрофированное честолюбие, он видел себя олицетворением народных чаяний. О планах шествия было хорошо известно полиции и самому императору Николаю II, который, что называется, умыл руки, удалившись в Царское село.
Красноречивей всего показывает всю беспомощность и безнравственность императора, ныне чтимого как святого, его запись в дневнике: «Тяжелый день! В Петербурге произошли серьезные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело! Мама приехала к нам из города прямо к обедне. Завтракали со всеми. Гулял с Мишей…»
Город был наводнен войсками, получившими жесткое указание не допустить колонны в центр города. 200 тысяч рабочих, двинувшихся со стороны пролетарских окраин, были обречены. Где-то их просто рассеивали конницей, где-то стреляли на поражение. Рабочие Нарвской заставы собрались здесь, у трактира «Ташкент», но прошли они не более версты, у Нарвских ворот они были остановлены солдатами, которые открыли огонь по беззащитным людям с иконами и портретами царя-батюшки.
До сих пор неизвестно, сколько человек погибло 9 января. Несчастных жертв хоронили тайно, в братских могилах, многие скончались в больницах. По данным полиции погибло около сотни человек, однако советские источники и современные историки называет более страшное число: от 4,5 до 5 тысяч. Самого Гапона спустя год нашли повешенным в заброшенном доме. Интересно, что и в советское время участники демонстраций 7 ноября от предприятий и организаций Кировского района, собирались здесь же, у Сада 9 января…
Сад Памяти Жертв расстрела 1905 года был разбит по проекту Р.Ф. Катцера в 1925-1928 годах. Его композиционным центром стала круглая площадка, от которой во все стороны расходились извилистые дорожки, вливающиеся в такую же живописную дорожку по периметру парка. Важным элементом сада стал сохраненный старинный пруд.
Тогда же вдоль проспекта Стачек была установлена узорчатая решетка, изготовленная по проекту Р.Ф. Мельцера в 1899-1901 гг. для ограды сада Зимнего дворца, разобранной в 1920 году. То ли случайно, то ли символично, но ведь как раз Зимний дворец был целью мирной демонстрации, до которой нарвские рабочие так и не дошли.
Встроенные в решетку двуглавые орлы и вензеля Николая II были, разумеется, сняты, из-за чего ограда выглядит «дырявой». В 2000-х годах начато восстановление вензелей. Кроме того, с прокладкой улицы Маршала Говорова – продолженной и расширенной бывшей Левой Тентелевской – сад был расширен в восточном направлении, включив часть территории завода «Красный химик» и одно из принадлежавших ему зданий.
На правой стороне Петергофской дороги, напротив современного Парка имени 9 января, дороги в 1762 г. находились земли майора лейб-гвардии Семеновского полка графа Якова Александровича Брюса и генерал-поручика Алексея Петровича Мельгунова. В конце 1770-х гг. обе дачи принадлежали сенатору М.Ф. Соймонову, затем сменили еще немало владельцев. Около 1820 г. дача перешла в руки графини Завадовской. Вдоль дороги между северной и южной границами тянулся пруд протяженностью более 400 м (между нынешними домами №№15 и 23).
Своими боковыми протоками пруд уходил в глубину английского сада и превращался там в прихотливые протоки, окружавшие несколько островков. За садом начинался лесной массив, прорезанный ведущей к морю аллеей. В середине XIX века владельцем дачи стал купец 3-й гильдии М.П. Ушаков. Во второй половине 1850-х гг. в имении устраивались платные праздники и увеселительные вечера, причем сад назывался то «Марьиной рощей», то «Садом удовольствий».
В конце XIX – начале ХХ века на территории имения были проложены параллельные Ушаковская и Земская улицы и соединивший их Арсеньевский переулок. Сад был вырублен, пруды постепенно засыпаны. Лишь существовавшая издавна дорога в деревню Волынкину, шедшая вдоль северной границы усадьбы, сохранилась до сих пор – это современная Оборонная улица. А бывшая Ушаковская – теперь это улица Зои Космодемьянской, сохраняет до сих пор направление ведущей к морю аллеи.
На Ушаковской улице, на рубеже XIX - ХХ веков помимо частных возникло несколько зданий общественного и церковного назначения: Алафузовская больница, перестроенная из бывшей Михайловской клеенчатой мануфактуры по завещанию ее владельца И.И. Алафузова, Ушаковская вечерняя школа для рабочих, ночлежный дом, приют для нижних полицейских чинов (ул. Зои Космодемьянской, 27), не сохранившийся польский костел св. Казимира (Оборонная ул., 24).
На месте Алафузовской больницы в 1927-1930 гг. были возведены общественные бани «Гигант» (или Ушаковские), современный адрес ул. Оборонная, 8. Этот еще один прекрасный образец архитектуры конструктивизма, имеет мощную композицию, основанную на противопоставлении высокой башни, полуциркульного и вытянутого двухэтажных корпусов. Баня была рассчитана на 4 тысячи помывок ежедневно! К сожалению, сейчас здание в запущенном состоянии. Рядом с баней жилой комплекс на Турбинной улице, его создали авторы ансамбля Тракторной улицы, но он сильно уступает ей по композиционной завершенности.
Пока же мы двигаемся в сторону следующей остановки – перекрестка с улицей Трефолева, немного о дореволюционной истории это участка Петергофской дороги, от реки Таракановки до Путиловского завода.
-----
Участок Петергофской дороги от Нарвских ворот до Автово начал осваиваться только при Екатерине II. Проспект Стачек здесь прямолинейный – это не случайно, Петергофскую дорогу проложили здесь по просеке еще петровских времен. Просека была сделана для будущего канала, который Петр I хотел провести параллельно Петергофской дороге: от Фонтанки до Петергофа и путешествовать на голландский манер – на небольших лодках, в том числе с конной тягой. Однако дальше изыскательских работ дело не пошло.
В начале 1762 г. местность между речками Таракановкой и Красной была разбита на 34 участка под строительство дач - по 17 с каждой стороны. Участки были поменьше, чем петровские и находились уже с двух сторон дороги. До этого здесь находилось несколько деревень: на берегу речки Тентелевки, впадавшей в Таракановку, находилась Тентелева (бывший финский хутор Телтнис). На берегу речки Красной находились Автово и Нижнее Автово - бывшая финская Аутова. У одноименной речушки располагалась Емельяновка, а между нею и Автовым - Новая, или Сосновка.
Владельцами новых дач стали приближенные недолго правившего Петра III, крупнейшие государственные деятели, сенаторы, военные, например, канцлер М.И. Воронцов, обер-прокурор Сената П.Н. Трубецкой, тайный секретарь Д.В. Волков, майор лейб-гвардии Семеновского полка Я.А. Брюс. В течение 1760-1790-х годов все участки были освоены, на них появились усадебные ансамбли и парки, вызывавшие восхищение современников.
Процесс упадка ближайшего к городу участка дороги начался с основания в этой местности в 1801 г. Казенного чугунолитейного, впоследствии Путиловского завода. Однако вплоть до конца 1820-х гг. главными доходными заведениями на дачах были кабачки и трактиры. Фабричные производства в бывших усадьбах стали интенсивно возникать с начала 1830-х гг.
Многие производства основывались иностранцами. Приезжая в Россию из Германии, Англии, Франции, они обнаруживали здесь огромные рынки сбыта, дешевые землю и рабочую силу, возможность начать дело с небольшим стартовым капиталом. После отмены крепостного права, когда резко усилился приток дешевой рабочей силы в столицу, на смену маленьким, полукустарным производствам пришли крупные предприятия, насчитывающие сотни рабочих.
Наряду с расширившимся во много раз Путиловским заводом, в 1870-1880-х гг. возникают Екатерингофская мануфактура, Тентелевский химический завод, Литейный завод Лангензиппена, Триумфальная бумагопрядильная мануфактура, Электромеханический завод Северного товарищества и другие. Предприятия, за исключением Путиловского завода, располагались в отдалении от Петергофской дороги. Их силуэты и высокие дымовые трубы были характерной приметой пейзажа рабочей окраины.
Вдоль проспекта на выкупленных дачах разрушались усадьбы, вырубались сады, прокладывались новые улицы, на которых возводили жилые бараки, лавки, кабаки. Редкими вкраплениями в новую архитектурную среду были школы, больницы, церкви.
Во время гражданской войны жизнь района Нарвской заставы замерла. Стояли заводы и фабрики, частично функционировал лишь Путиловский завод. Большое число деревянных домов было разобрано на топливо. Работы по восстановлению заводов начались в конце 1922 года. К середине 1920-х в полную силу заработали «Красный Путиловец», фабрики «Равенство» (б. Екатерингофская бумагопрядильная мануфактура), «Красный Водник» (б. Триумфальная мануфактура), завод «Знамя Труда» (б. «Лангензиппен» и «Тильманс») и другие.

МЕСТОПОЛОЖЕНИЕ ОБЪЕКТА

Информация по экскурсии "Аудиогид: Петергофская дорога"

Информация по экскурсии

Длительность: звук 2 часа
Длина маршрута: 3 км
Автор: С. Баричев, М. Несин
Читает: Д. Березин

Аудиогид знакомит с Петергофской дорогой, городской магистралью, проходящей сегодня в Петербурге по Старо-Петергофскому проспекту, проспекту Стачек и Петергофскому шоссе. Основанная 300 лет назад как парадная дорога из столицы в Петергоф, она и сегодня дарит туристам уникальные памятники, великолепные виды и интересные истории из жизни Северной Венеции.


Что бы воспользоваться экскурсией,
Вам необходимо устройство

Под управлением iOS не ниже 5.1.1
или Android не ниже 4.0.1.